Бульвар [Ренаштерий] потерял свою улыбку
Прогулки по столице с архитектором Григорием Босенко
– Завершаем рассказ о бульваре Ренаштерий. Поднимемся к ее истоку – к улице Колумна и спустимся вниз по улице Диордица. Отсюда начинались кварталы “старого” города, где стояли самые первые храмы, где гостил Пушкин. Улочка начинается с дома Драгановой, который называли домом болгарских ополченцев. Говорят, под этим зданием сохранился подземный туннель. Кто знает, может стены здания помнят кишиневского исправника И. С. Иванова, болгарина по происхождению, который в 1876 году сколачивал в городе отряды добровольцев для русско-турецкой войны? В своих записках о тех временах Иванов писал, что ему тогда удалось сформировать и отправить в Сербию до 5000 ополченцев, в том числе до полутора тысяч болгар…
На месте нового здания Кишиневского единого дома евреев Молдовы (КЕДЕМ) в позапрошлом веке стояла дровяная синагога “Лэмнэрия”. В советское время на ее месте появился экспериментальный завод. В довоенное время в этом районе селились в основном евреи. О трагедии тысяч кишиневцев свидетельствуют документы периода оккупации Кишинева, которые хранятся в Национальном архиве Молдовы. 22-23 июля 1941 года, на 6-й день захвата столицы края румынскими войсками, генерал- губернатор Бессарабии Войкулеску распорядился в нижней части города (в эту зону вошли улицы Харлампиевская, Кожухарская, Вознесенская, Павловская, Азиатская и другие) создать гетто для еврейского населения. Ежедневно расстрелы и издевательства уносили сотни жизней. Из-за вспышки эпидемии тифа санитарное управление новой власти разрешило открыть в лагере госпиталь. Через несколько дней все его имущество отправили немецко-румынскую армию. В октябре 1941 года узников начали эвакуировать в Балту. Тысячи людей были расстреляны в разных местах города… После войны главную территорию лагеря сравняли с землей. По проекту архитектора Генриха выстроили не любое медучреждение, а именно родильный дом №2…
В 1951 году неподалеку от роддома возвели среднюю школу №9. На противоположной стороне улицы, в 1974 году, где теперь стоит Экономическая академия, по проекту архитекторов А. В. Колотовкина и Лома построили Министерство стройматериалов МССР. Оба здания – школы и министерства замкнули улицу. Возникла небольшая улочка, получившая в 90-х название Иерусалимской, которая весной и летом утопала в зелени. Увы, ее уже успели испортить будочками и внушительным зданием казино… Помню, в 71-м году архитектор Сергей Борисович Лебедев поручил моему другу и мне выполнить эскизное предложение для здания, известное большинству горожан под вывеской Kenford. Каждый вечер Сергей Борисович заходил узнать, как продвигается работа. Однажды, проверив наши проекты, он заметил, что с завтрашнего дня он приступает к обязанностям главного архитектора города, вместо снятого с должности А. Колотовкина. Выяснилось, его предшественник “погорел” на двух ЧП. Иван Иванович Бодюл, первый секретарь ЦК КП Молдавии, проезжая через железнодорожную станцию Ревака, которая входила в черту города, увидел царивший там беспорядок. Второе нарушение состояло в архитектурных погрешностях. Ступени перед 6-этажным зданием гостиницы “Турист”, которое сдали в эксплуатацию в 1971 году, вышли за красную черту, заняв часть тротуара. Такие вещи в нашем деле не допускались.
Досталось Р. Бекесевичу, зодчему отеля, и А. Колотовкину, главному архитектору города. Ирония ситуации состояла в том, что именно в районе проспекта Молодежи у Колотовкина находились самые его интересные проекты: жилой дом по ул. Оргеевской, Министерство финансов и Детский мир, который переоблицевали, превратив в банк. Архитектор удостоился госпремии за разработку жилых домов 143 серии. И именно проспект Молодежи поставил Колотовкину “подножку”. “Виновника” перевели в директора одного из проектных институтов, он много лет возглавлял Союз архитекторов МССР, третьим в городе получил звание “заслуженного архитектора”.
У Алексея Викторовича Щусева, зодчего, с чьим именем связывают разработку первого генплана Кишинева, имелась мечта. Он хотел на Бычке построить речной порт, откуда суда направлялись бы в Вадул-луй-Водэ и по Днестру двигались бы дальше. Проекту не суждено было осуществиться. Зато пару десятилетий кишиневские архитекторы “носились” с холмом за Бычком. Объявляли конкурсы, ломали голову, как продлить ось, которую пробили по идее Щусева. Мощная магистраль требовала мощного завершения. В качестве временного сооружения за мостом возвышался мощный щит с Владимиром Ульяновым. Напротив, рядом с цирком, планировалось заложить парк в честь Ясско-Кишиневской операции, но не получилось…
Нынче участок, простирающийся от Бычка к Рышкановке, превратился в сплошное безобразие. Особенно правая сторона, застроенная новыми высотками. Город из-за строительства высотных домов вдоль дороги потерял резервную территорию. Мало того, что дома стоят ниже улицы, шум и газы бьют по окнам, но здания закрыли путь к расширению важной транспортной артерии столицы.
Парки часто называют улыбкой города. Оттого, что деревья насыщают воздух летучими фитонцидами. Они не только губительны для болезнетворных микроорганизмов, но и способствуют образованию отрицательных ионов. Воздух, благодаря ионизации, приобретает запах свежести, положительно действует на сердечно-сосудистую систему человека. Проспект Молодежи считался очень улыбчивым районом – парковая зона соединяла его с Рышкановкой. Сначала деревья вырубили для постройки цэковского дома. Теперь выросли сразу несколько новостроек. Под ножом пилы оказался не только этот парк, но и многие зеленые островки города. И Кишинев, как ни грустно сознавать, превращается в асфальтовую столицу. Транспортную магистраль ограничили, зеленые массивы потеряли, ухудшив экологическую ситуацию района. Таковы лишь отдельные штрихи последних изменений бульвара Ренаштерий. Таков результат хозяйственной политики- однодневки, когда власти не задумываются о том, во что превратится улица, парк, да и весь город через несколько лет. Какую среду обитания мы оставим детям.
Будучи в Нью-Йорке, я поражался разнообразию форм и очертаний домов, небоскребов, наивно полагая, что мои коллеги их создавали, что кому взбредет в голову. Однако это не соответствует реалиям. Выделяя площадку под строительство, город задает архитектору конфигурацию здания по вертикали, чтобы новостройка не загораживала бы соседние здания и вписывалась бы в окружающий пейзаж и т. д. А в молдавской столице, хотя нужно держать какую-то композицию, отсутствует даже элементарная схема расположения высотных зданий…
Замечали ли вы, какая широта и простор открывался, когда вы въезжали со стороны Рышкановки на бульвар Ренаштерий? Это впечатление создавали “ворота”, два высотных здания, которые в 1983 году построил архитектор Цитрин. Сегодня к каждой из высоток прилепили по “стекляшке” и рисунок проспекта нарушился. Что происходит с городом, почему он так безжалостно уродуется? Похоже, ответ лежит на поверхности. Дешевле заплатить все штрафные санкции и построить здание на готовых коммуникациях, чем возводить объект на новом месте. До архитектуры по большому счету никому нет дела.
А ведь градостроительный феномен бульвара Ренаштерий состоит в том, что в столице Молдовы ни одна улица, кроме этого бульвара, не была завершена “от” и “до”. За два десятилетия (50-70-е годы) возник проспект, который отвечал тенденциям развития советской архитектуры своего времени. Самое разумное – оставить этот уголок столицы каким его задумали и осуществили свои проекты архитекторы предыдущих поколений. Приодеть некоторые здания в современные материалы, установить нормальные фонари и оставить бульвар в покое.
– Завершаем рассказ о бульваре Ренаштерий. Поднимемся к ее истоку – к улице Колумна и спустимся вниз по улице Диордица. Отсюда начинались кварталы “старого” города, где стояли самые первые храмы, где гостил Пушкин. Улочка начинается с дома Драгановой, который называли домом болгарских ополченцев. Говорят, под этим зданием сохранился подземный туннель. Кто знает, может стены здания помнят кишиневского исправника И. С. Иванова, болгарина по происхождению, который в 1876 году сколачивал в городе отряды добровольцев для русско-турецкой войны? В своих записках о тех временах Иванов писал, что ему тогда удалось сформировать и отправить в Сербию до 5000 ополченцев, в том числе до полутора тысяч болгар…
На месте нового здания Кишиневского единого дома евреев Молдовы (КЕДЕМ) в позапрошлом веке стояла дровяная синагога “Лэмнэрия”. В советское время на ее месте появился экспериментальный завод. В довоенное время в этом районе селились в основном евреи. О трагедии тысяч кишиневцев свидетельствуют документы периода оккупации Кишинева, которые хранятся в Национальном архиве Молдовы. 22-23 июля 1941 года, на 6-й день захвата столицы края румынскими войсками, генерал- губернатор Бессарабии Войкулеску распорядился в нижней части города (в эту зону вошли улицы Харлампиевская, Кожухарская, Вознесенская, Павловская, Азиатская и другие) создать гетто для еврейского населения. Ежедневно расстрелы и издевательства уносили сотни жизней. Из-за вспышки эпидемии тифа санитарное управление новой власти разрешило открыть в лагере госпиталь. Через несколько дней все его имущество отправили немецко-румынскую армию. В октябре 1941 года узников начали эвакуировать в Балту. Тысячи людей были расстреляны в разных местах города… После войны главную территорию лагеря сравняли с землей. По проекту архитектора Генриха выстроили не любое медучреждение, а именно родильный дом №2…
В 1951 году неподалеку от роддома возвели среднюю школу №9. На противоположной стороне улицы, в 1974 году, где теперь стоит Экономическая академия, по проекту архитекторов А. В. Колотовкина и Лома построили Министерство стройматериалов МССР. Оба здания – школы и министерства замкнули улицу. Возникла небольшая улочка, получившая в 90-х название Иерусалимской, которая весной и летом утопала в зелени. Увы, ее уже успели испортить будочками и внушительным зданием казино… Помню, в 71-м году архитектор Сергей Борисович Лебедев поручил моему другу и мне выполнить эскизное предложение для здания, известное большинству горожан под вывеской Kenford. Каждый вечер Сергей Борисович заходил узнать, как продвигается работа. Однажды, проверив наши проекты, он заметил, что с завтрашнего дня он приступает к обязанностям главного архитектора города, вместо снятого с должности А. Колотовкина. Выяснилось, его предшественник “погорел” на двух ЧП. Иван Иванович Бодюл, первый секретарь ЦК КП Молдавии, проезжая через железнодорожную станцию Ревака, которая входила в черту города, увидел царивший там беспорядок. Второе нарушение состояло в архитектурных погрешностях. Ступени перед 6-этажным зданием гостиницы “Турист”, которое сдали в эксплуатацию в 1971 году, вышли за красную черту, заняв часть тротуара. Такие вещи в нашем деле не допускались.
Досталось Р. Бекесевичу, зодчему отеля, и А. Колотовкину, главному архитектору города. Ирония ситуации состояла в том, что именно в районе проспекта Молодежи у Колотовкина находились самые его интересные проекты: жилой дом по ул. Оргеевской, Министерство финансов и Детский мир, который переоблицевали, превратив в банк. Архитектор удостоился госпремии за разработку жилых домов 143 серии. И именно проспект Молодежи поставил Колотовкину “подножку”. “Виновника” перевели в директора одного из проектных институтов, он много лет возглавлял Союз архитекторов МССР, третьим в городе получил звание “заслуженного архитектора”.
У Алексея Викторовича Щусева, зодчего, с чьим именем связывают разработку первого генплана Кишинева, имелась мечта. Он хотел на Бычке построить речной порт, откуда суда направлялись бы в Вадул-луй-Водэ и по Днестру двигались бы дальше. Проекту не суждено было осуществиться. Зато пару десятилетий кишиневские архитекторы “носились” с холмом за Бычком. Объявляли конкурсы, ломали голову, как продлить ось, которую пробили по идее Щусева. Мощная магистраль требовала мощного завершения. В качестве временного сооружения за мостом возвышался мощный щит с Владимиром Ульяновым. Напротив, рядом с цирком, планировалось заложить парк в честь Ясско-Кишиневской операции, но не получилось…
Нынче участок, простирающийся от Бычка к Рышкановке, превратился в сплошное безобразие. Особенно правая сторона, застроенная новыми высотками. Город из-за строительства высотных домов вдоль дороги потерял резервную территорию. Мало того, что дома стоят ниже улицы, шум и газы бьют по окнам, но здания закрыли путь к расширению важной транспортной артерии столицы.
Парки часто называют улыбкой города. Оттого, что деревья насыщают воздух летучими фитонцидами. Они не только губительны для болезнетворных микроорганизмов, но и способствуют образованию отрицательных ионов. Воздух, благодаря ионизации, приобретает запах свежести, положительно действует на сердечно-сосудистую систему человека. Проспект Молодежи считался очень улыбчивым районом – парковая зона соединяла его с Рышкановкой. Сначала деревья вырубили для постройки цэковского дома. Теперь выросли сразу несколько новостроек. Под ножом пилы оказался не только этот парк, но и многие зеленые островки города. И Кишинев, как ни грустно сознавать, превращается в асфальтовую столицу. Транспортную магистраль ограничили, зеленые массивы потеряли, ухудшив экологическую ситуацию района. Таковы лишь отдельные штрихи последних изменений бульвара Ренаштерий. Таков результат хозяйственной политики- однодневки, когда власти не задумываются о том, во что превратится улица, парк, да и весь город через несколько лет. Какую среду обитания мы оставим детям.
Будучи в Нью-Йорке, я поражался разнообразию форм и очертаний домов, небоскребов, наивно полагая, что мои коллеги их создавали, что кому взбредет в голову. Однако это не соответствует реалиям. Выделяя площадку под строительство, город задает архитектору конфигурацию здания по вертикали, чтобы новостройка не загораживала бы соседние здания и вписывалась бы в окружающий пейзаж и т. д. А в молдавской столице, хотя нужно держать какую-то композицию, отсутствует даже элементарная схема расположения высотных зданий…
Замечали ли вы, какая широта и простор открывался, когда вы въезжали со стороны Рышкановки на бульвар Ренаштерий? Это впечатление создавали “ворота”, два высотных здания, которые в 1983 году построил архитектор Цитрин. Сегодня к каждой из высоток прилепили по “стекляшке” и рисунок проспекта нарушился. Что происходит с городом, почему он так безжалостно уродуется? Похоже, ответ лежит на поверхности. Дешевле заплатить все штрафные санкции и построить здание на готовых коммуникациях, чем возводить объект на новом месте. До архитектуры по большому счету никому нет дела.
А ведь градостроительный феномен бульвара Ренаштерий состоит в том, что в столице Молдовы ни одна улица, кроме этого бульвара, не была завершена “от” и “до”. За два десятилетия (50-70-е годы) возник проспект, который отвечал тенденциям развития советской архитектуры своего времени. Самое разумное – оставить этот уголок столицы каким его задумали и осуществили свои проекты архитекторы предыдущих поколений. Приодеть некоторые здания в современные материалы, установить нормальные фонари и оставить бульвар в покое.
Татьяна СОЛОВЬЕВА
Кишин. обозреватель от 2009-06-04
Chișinău, orașul meu 