Землетрясение, затем вторая мировая обратили город в руины. Сталин дал приказ, согласно которому никакие материальные ценности не должны попасть к врагу. Был создан истребительный полк, который сжег мебельный комбинат, обувную фабрику, кожевенный завод, трикотажную фабрику. Полк разрушил всю улицу Ленина, уничтожив здания с обеих сторон. В огне сгорели и лавки, расположенные на этой улице. Сгорела и большая часть Нового рынка. Об этом дьявольском деле мы узнаем не только из книг, но и из писем владельцев лавок, сохранившихся в Госархиве. В докладе о состоянии зданий в муниципии Кишинэу после отхода советских войск, на основании вывода, сделанного техкомиссией министерства общественных работ и связи, подчеркивается, что был полностью уничтожен торговый центр, расположенный между ул. Александру чел Бун и ул. Карол Шмидт, “всюду остались руины, местами еще дымящиеся”. В докладе отмечалось, что 40% городских зданий и 100% промышленных предприятий были полностью разрушены или значительно повреждены от взрыва мин и поджогов. Сгорели и лавки на Новом рынке (см. фото на следующих страницах этого раздела). Тогдашние власти посчитали, что абсолютно необходимо разработать генеральную программу полного восстановления города, в том числе и Центрального рынка. Название Центральный рынок стало употребляться еще до войны, наряду с прежним – Новый рынок. В упомянутом докладе говорилось, что для создания нормальной торговли в Бессарабии необходимо снять ограничения на ввоз товаров, предоставить этой провинции определенные льготы, всячески поощрять частную инициативу. В Бухарест были направлены депеши, в которых сообщалось, что в Бессарабии налицо большая нехватка соли, сахара, растительного масла, керосина, мыла, извести, табака, белых и черных ниток, хлопка, тканей, одежды и обуви… Кроме того, сюда надо завезти сельхозорудия, лопаты, заступы, кирки, молотки, плиты, жесть, гвозди, цепи, железо для повозок и подков и др.
Поскольку появился повышенный спрос на сельхозпродукты и промтовары, Центральный рынок снова восстал из пепла, возобновив работу. Была создана комиссия по определению арендной платы за пользование муници-пальной собственностью. Появляются торговые ряды, небольшие дощатые павильоны. Вновь открылись сохранив-ишеся и отремонтированные лавки. Чинили их сами арендаторы. Воспроизводим ходатайство в Комиссию по определению арендной платы: “Настоящим просим вас срочно определить годовую арендную плату за лавку № 74 на Новом рынке по ул. Бадольо. Стоимость необходимых ремонтных работ в лавке Техническая служба определила в сумме 175035 лей эти работы должны быть произведены конкурентами в счет арендной платы.” Примар, полковник Ачебал Добжански настаивал, чтобы одновременно с работами по восстановлению разрушенного достояния был осуществлен и переход большинства лавок в собственность общины. Делалось все, чтобы сохранившиеся на территории Нового рынка торговые и бакалейные лавки были отремонтированы и переданы на баланс общины, то есть Примэрии. Сделать это было нелегко, поскольку у каждой развалины был свой владелец, арендатор, либо родственники с правом наследования. Арендаторам позволялось ремонтировать и эксплуатировать бывшие лавки в течение двух лет, после чего они должны были полностью перейти под эгиду общины. Цитируем резолюцию, сделанную тогдашним архитектором города Василе Улиничем: “Одобряем продление концессии на два года, поскольку стоимость восстановительных работ превышает сумму годовой аренды”. Вначале арендаторы имели право пользоваться восстановленными лавками лишь один год. Примар А чебал Добжански назначил даже срок сдачи в аренду отремонтированных лавок – 31 марта 1944 г., с оговоркой, что любого арендатора можно будет отселить в любоевремя, если это потребуется для нужд армии. Служба коммунального хозяйства в письме к примару от 17 июля 1942 года, то есть спустя год после поджога помещений на Новом рынке, сообщает, что с согласия примэрии были восстановлены каменные лавки следующих владельцев:
- “Мельник Александру -ул. Драгалин, угол с Пяца де А дучере
- Филипеску Константин – ул. Драгалина №..
- Бану Хорцопан Думитру – Драгалина, № 79
- Ореховски Акулина – № 81
- Карп Михаил -№81
- Хердка Ион – № 85
- Ореховски Иоана – №85
В стадии восстановления находятся лавки владельцев:
- Паня Тудор – ул. Драгалина № 79
- Букэтару Петрикэ – № 91
- Клит Николае – № 91
- Ковалев Козма -№75
- Мельник Анна – № 65
Примэрией установлены следующие условия: оплата таксы в 300 лей за кв. м места, занятого лавкой, и бесплатный переход лавки через год. Можно восстановить все лавки на ул. Драгалина и Александру чел Бун до Пяца де Флорь, если срок пользования продлить до двух лет.
Учитывая, что строительные работы ведутся по планам, утвержденным Технической службой, и стоимость работ превышает 150-200 тысяч леев на лавку, учитывая, что после восстановления лавок рынок приобретет красивый вид, а торговля будет производиться в гигиенических условиях, считаем, что целесообразно продлить срок пользования до двух лет, увеличив таксу за место до 500 леев за один кв. м в год.”Как уже упоминалось, срок был продлен до двух лет, но война приняла другой оборот, и в 1944 году арендованные лавки были национализированы. Но это было потом, а в 1942 году, 24 сентября, была созвана специальная комисссия для решения вопроса с частными лавками Центрального рынка. Сохранился протокол того заседания с участием помощника примара К. Думитру, ряда специалистов и юристов. На заседании были признаны имущественные права частных лиц на Новом рынке, точнее сказать – их права на руины…
Ул. Александру чел Бун
№92 – Ботезату Таня
№ 96 Чербу Николае
№ 98 Попов и Розенфелъд
№ 100 Плешанов Михаил
№ 106 Абаджер и Агура
№ 108
№110 – Абаджер Алекс, и Влад
№112 – Куртова Мелания
№116 – Пащенко Мария
Ул. Драгалина
Лавка №55 – Драпиевич Арон
№57 – Пащенко, наследники
№77 – Русин Екатерина
№89 – Зисиматос Василе
Интерьер рынка– г-н Пилич
Комиссия постановила: известным владельцам дать личные уведомления в 15-дневный срок убрать на основе свидетельств о собственности, представленных в примэрию, оставшиеся строения каждой лавки, очистить и выровнять земельный участок общины. В противном случае примэрия распорядится оставшимся материалом по своему усмотрению, лишив просителей права на обжалование.”
Тогда же были опубликованы коллективные уведомления в “Мониторул Офичиал”, в одной столичной газете, в Правительственном бюллетене, в Муниципальном бюллетене и в одной местной газете. И тут начинается хождение по мукам пострадавших. Права собственности на лавки предъявляют многочисленные наследники и владельцы. Например, у Екатерины Пащенко есть две лавки, и она просит разрешения построить на их месте новые. “Поскольку в результате разрушения принадлежавшей мне недвижимости я осталась без средств к существованию, я обязуюсь
восстановить строения согласно плану и смете, утвержденным архитектурной службой примэрии. В случае возникновения плана по систематизации муниципия Кишинэу, я подчинюсь вышеназванному плану. Прошу выдать мне соответствующее разрешение. ” Затем Екатерина Пащенко добавляет мотивировку морального плана, сообщая, что у нее на содержании находится старая и больная сестра, что оба умирают с голоду, “будучи не в состоянии пользоваться имеющимся состоянием”…
Видимо, Екатерина Пащенко собиралась найти арендатора для нового строительства своих лавок, поскольку ее имя не фигурирует в списке лиц, которые подали заявления на восстановление лавок на Новом рынке. Оставшиеся руины были засняты, некоторые снимки вошли в книгу… Большинство просителей были из Кишинева, но фигурировали и торговцы из Ясс, Плоешть, жудеца Хунедоара и др. Владелица Пащенко едва смогла удостоверить свое право собственности на одну лавку. Вообще процесс
ликвидации руин вместо 15 дней длился 15 месяцев. 6 июля 1943 г. примар муниципия полковник Ачебал Добжански опшечал в письме, направленном Технической службе, что, согласно анализу специальной комиссии, положение с разрушенными лавками на Новом рынке осталось прежним, о чем свидетельствуют прилагаемые 13 снимков этих руин. В то же время в примэрию продолжают поступать прошения…” До настоящего времени никто почти ничего не сделал. Примэрия, с точки зрения благоустройства и санитарии, не может больше терпеть эти развалины в центре рынка, пока так называемые владельцы не соблаговолят их убрать. Исходя из сложившейся ситуации, Примэрия вынуждена составить протокол и показать состояние каждого разрушенного строения, с приложением фотографии… Будет неплохо, чтобы вместе со строениями были засняты и лица, которые подпишут протокол как свидетели, в том числе и комиссар рынка. После составления протокола, как указано выше, можно будет приступить и к очистке рынка от развалин. “
Так и было сделано. Но с какой осторожностью!
Уведомления, о которых мы говорили, были опубликованы в местной газете “Басарабия” № 438, в “Булетинул Провинцией” № 11-12, стр. 84, в “Булетинул Муниципал” от 1.11.1942, в “Мониторул офичиал”№ 41 от 23.02.1943. Были сделаны и личные уведомления, когда адрес владельца был неизвестен. Все впустую! Екатерина Русин пустилась в судебное разбирательство, наследники Пащенко отстояли свои права и на земельный участок.
Извещением №497 от 3 июля 1943 г. “Об очистке территории Нового рынка от развалин” юридический отдел отмечал, что так называемые владельцы развалин были широко оповещены и приглашены очистить занимаемое место от обломков. т
Торгующая мануфактурой Мария Мекения (на Новом рынке у нее был киоск №94) просит дать ей в аренду место под развалинами дома по улице Александру чел Бун, 120, где был книжный магазин “Фраций Коган”, чтобы устроить там магазин мануфактуры и галантереи по плану, разработанному Примэрией. “Я обязуюсь отремонтировать эти руины. Ремонт обойдется в большую сумму, поэтому убедительно прошу отдать мне это здание в пользование сроком на 5 (пять) лет, не выставляя на публичные торги, а за это время я обязуюсь платить лишь аренду за место. По истечении срока помещение останется в распоряжении Примэрии, у меня не будет ни к кому никаких претензий, и я ничего не возьму из поднятой мною этой постройки”, – пишет торговка.
В просьбе ей отказали. Да если бы и не отказали, все равно она бы не успела, поскольку через год советская армия оккупировала город, и частная собственность была упразднена…
Stici, Ion. Piaţa Centrală. – Ch., 2000. P. 71-93.
Chișinău, orașul meu 
multumesc!
LikeLike